Памяти друга, поэта, редактора Александра Ипатова

7698
12 минут
поэт александр ипатов
Каждый раз удивляешься тому, как же быстро летит время. Прошел год, как не стало главного редактора «Пенсионерской правды» Александра Ипатова, – целый год. Сколько откликов от читателей получили мы за эти месяцы, сколько соболезнований услышали - а все не верится…

Тот день – 25 октября 2018 года – запомнился хорошо. Александр Васильевич собрал коллектив редакции в своем кабинете – летучка и чаепитие. Обсуждали новые рубрики для газеты, что-то рассказывали, шутили, смеялись… И поразительно: у всех в тот день было такое хорошее настроение! И особенно у Александра Васильевича. Он вообще всегда на работе был в хорошем настроении, а в тот день - как-то особенно весел. Ну какие там мысли о смерти? 

А перед уходом с работы он, как обычно, зашел в наш редакционный кабинет попрощаться, но немного задержался. Сел в свое любимое кресло, позвонил другу в Москву, и так отчетливо запомнился его веселый голос: «На Новый год я намерен посетить столицу нашей Родины, город-вокзал Москву…»
Ушел домой. И все. И ни у кого сердце не дрогнуло, никому ничего интуиция не шепнула…
А поздно вечером такая новость – как удар по голове. 

Что было дальше, помнится хуже: отпевание, похороны, поминки… И нужно было работать, нужно было готовить номера газет. Часто ловила себя на мысли: «Да как же мы работаем без Александра Васильевича? Это же невозможно…»
Пришлось учиться жить без него.

Много доброго можно сказать об Александре Ипатове. Очень отличали его душевная щедрость и умение общаться: он любил людей, умел разбираться в людях, умел слушать их и понимать. Их характеры и судьбы были ему интересны. Александр Васильевич любил жизнь, несмотря на то, что пережить пришлось многое. Горя у всех хватает, все мы должны пережить смерть родителей, но каково хоронить своего ребенка? Не все знают, что у Александра Васильевича погибла 17-летняя младшая дочь – попала под машину, скончалась в реанимации. И даже несмотря на это, он сохранил светлое отношение к жизни, любил жить, любил радоваться, был по-настоящему счастливым человеком. Очень нравились ему такие слова: «Ты счастлив не потому, что все хорошо, а все хорошо потому, что ты счастлив». Он и нас учил этому необходимому умению – любить жизнь, причем учил незаметно, ненавязчиво, словно не нарочно…
Александр Васильевич! Спасибо за доброту, за терпение, за мудрую любовь к жизни.

Наталья Яхлакова



«Он был источником ума и света…»

Сегодня, вспоминая нашего бывшего редактора Александра Васильевича, мы помним и о том, что он был не только другом тысяч и тысяч читателей его уникального издания, он был поэт. И какой! Достаточно сказать, что им написан гимн города Северодвинска, принятый официально, и много других популярных стихов, выпущены сборники, диски с песнями на его стихи.

Но на своих выступлениях перед обычно многочисленной аудиторией он, сколько помню, всегда декламировал стихотворения не свои, а других поэтов, чаще всего Александра Роскова, самого близкого его друга, который известен каждому читателю как инициатор издания «Пенсионерской правды». В разных залах мне довелось слышать эти выступления Ипатова, горячо принимаемые аудиторией и сопровождаемые дружными аплодисментами. И всегда я удивлялся: как может человек помнить наизусть столько стихов разных авторов? Декламирует час, полтора, готов и далее, тем более публика просит: «Вот этот стих прочтите, вот этого автора». Беллы ли Ахмадулиной, Николая ли Рубцова, Евтушенко, других… Соглашается, читает. Поэзия была делом его жизни, страстью и профессией.

14 марта 2017 года пригласил меня Александр Васильевич на малый банкет по случаю своего 65-летия, на котором с большим подъёмом читал много разных стихов, в том числе, конечно, и своего сочинения... 

Решил я, что будет правильно, если в своём поздравлении я использую не стандартные, обычные слова, а слова поэтические, эмоциональные, красивые и празднику соответствующие. Но кого из поэтов процитировать? Пришли на память строки Мирзы Шафи Вазеха:

«Вином и песней скучный мир украшен,
Но если мы решим, что это тлен,
И замолчим, и отодвинем чаши,
Что ты, аллах, нам сможешь дать взамен?»

К застолью, где вино и песня всегда присутствуют, слова великого азербайджанского поэта позапрошлого века подходили, но этого было мало для поздравительной речи. И я продолжил примерно так:

«Любой человек уникален, неповторим. Он есть целый мир свойств, представлений, воображений, предвидений, понятий, навыков, умений. Но это свойство уникальности, весь этот мир не может не влиять на других людей – через свой талант, то есть через действие, через труд, через отношение к труду и через плоды своего труда. Каждый – по-своему, неповторимо. Поэт, например, – через поэтический текст и образ.

«К нам не извне приходит озаренье, 
Внутри себя несем мы свет прозренья», – вот мудрость поэта всего в двух строках, вот особость поэта, отличие от нас, говорящих только прозой. 

Автор этих истин глубоко верил в великое предназначение поэта и его поэтического слова, и сказал он об этом так:

«Над миром глупость властвует, и это
Для всех столетий общая примета.
С ней не воюет ни один закон,
Хоть в рубище, хоть в шёлк она одета.
Но в мир, где правит глупость, как судью
Бог посылает иногда поэта.
Не только для того, чтобы он пел,
Как птица на ветвях в разгаре лета,
А чтобы в царстве глупости и тьмы
Он был источником ума и света».

Поэт – источник ума и света. А глупости – судья. Так сказал Мирза Шафи Вазех.
Я тогда был рад, что повторил эти слова о высоком предназначении поэта, адресуя их юбиляру. Ведь он был поэт! Судьбе, увы, было угодно, чтобы до срока остановилось сердце нашего радетеля и друга, нашего редактора Александра Васильевича Ипатова. Светлую память о нём мы будем хранить, пока живы на сей грешной земле…

Альберт Новосёлов, г. Архангельск



«Верьте, ребята, никто не умрет. Души бессмертны,  ребята»


«Здравствуйте, Александр Васильевич!» - с этого начиналось много лет мое рабочее утро. И как бы рано по случаю журналистского аврала оно ни стартовало, Ипатов всегда уже был на месте. В четыре утра мог начаться его рабочий день. 

Наши кабинеты были рядом, его – всегда нараспашку. И уже целый год непривычно, что дверь в его маленькую обитель бывает закрыта…

Когда-то в ней стояло кресло, крайне неудобный для работы вариант. Потому что сядешь и провалишься, и вставать не хочется. Не часто, но было – я проваливалась и слушала по приглашению хозяина кабинета стихи, песни и анекдоты. Но чаще – стоя в дверях, потому что некогда было вслушаться и поговорить. Все время надо было куда-то бежать.

«Мы до конца не понимаем, какой величины люди работают рядом с нами», - повторял наш шеф, руководитель издательства «Северная неделя» Вячеслав Васильевич Белоусов. Тогда рядом были Росков и Ипатов. А мы, правда, не понимали, какие они величины. 

По работе, для печати мы с Александром Васильевичем говорили не раз. И каждый раз – о других. О Роскове и других талантливых друзьях.

«Если бы не Сашка, так и остался бы я в поре ученичества. Стал он меня образовывать», - так рассказывал мне про друга и коллегу Александр Александрович Росков. У них были удивительные отношения. Родственные – мало сказать. Ни капли зависти к успеху другого, даже не порицаемой творческой зависти. Мне казалось, с большим выражением и уважением они читали стихи друг друга, чем свои. А как талантливо умели хулиганить! Довелось прослушать их стихотворный спор по поводу роли красивой женщины в жизни мужчины. Помню, что было очень смешно. Диктофон бы тогда включить...

Не знаю, считал ли Александр Васильевич, сколько встреч-концертов он провел на просторах нашей области, в дальних ее уголках и еще дальше. Очень много. И всегда – восторженные отзывы с двух сторон. Точно известен только рекорд по продолжительности выступления. Больше восьми часов на полярной станции в ожидании обратного рейса им с другом и композитором Михаилом Приходько пришлось читать, петь и анекдоты рассказывать.

Как можно столько стихов помнить наизусть? «Я их забыть не могу», - отвечал Ипатов, не представляя, наверное, как мы можем не помнить.

Александр Васильевич – автор официального гимна Северодвинска. При большом выборе лучшие стихи о нашем городе – его. «Чуть не стал ленинградцем, но Господь уберег». Он бесконечно любил родной Северодвинск. Потому тяжело переживал по поводу планов власти устроить в его окрестностях огромную свалку. И боролся с этим. Делом боролся, не успев написать стихи про свою боль, иначе бы они тоже стали гимном. Хороший поэт для журналиста – пример: как парой строчек высказать то, что у тебя тянет на полстраницы печатного текста. 

 …Не помню Александра Васильевича на работе хмурым. Может быть, и поэтому мне кажется, что прожил он счастливую жизнь. Как минимум одно непременное условие для этого точно было выполнено небесами, благословляющими любовь, – рядом с ним была Татьяна Александровна Ипатова.

Ольга Ларионова, г. Северодвинск



Жил такой парень

В моей памяти Александр Васильевич Ипатов - любимый начальник, друг - молодой, полный сил и энергии. Сквозь слезы мысленно перебираю приятные моменты, связанные с ним.

…То, что живет в Северодвинске поэт, спортсмен и просто хороший парень  Александр Ипатов, я узнала еще в 1981 году, когда приехала в Северодвинск к мужу Александру Волкову. Родители моего мужа и Саши Ипатова много лет дружили. 

Моя свекровь Генриетта Егоровна, имея своих двух сыновей, всегда с восхищением и гордостью рассказывала о трех замечательных сыновьях подруги Веры Владимировны Ипатовой: Владимире – инженере, Петре – военном докторе и Александре – поэте. Вспоминала, какими они были в детстве.

Самым бедовым был Саша. Как-то в студеный зимний день она встретила маленького Сашу на улице, он бежал в фуфайке (модной в то время вещице). Остановила, чтобы растереть щеки, побелевшие от мороза, и пуговицы застегнуть на распахнутой одёжке. На месте пуговиц белели дырочки... «Саша, ты где пуговицы-то потерял?» - спросила сорванца моя свекровь. А он, как всегда коротко и емко, ответил: «На горке оставил…» По ее словам, Саша с детства был самостоятельным, острым на язык и справедливым парнем, мог и со взрослыми поспорить…

Отцы - Николай Сергеевич Волков и Василий Александрович Ипатов занимали на заводе хорошие должности и были всегда в гуще городских событий, участвовали почти во всех соревнованиях, особенно лыжных, и своих сыновей приводили. Вот и Саша Ипатов слыл отличным лыжником. А после соревнований все шли в баню. Парились, расслаблялись, играли в шахматы. 

А матери в свободное время пекли пироги, шили и вязали. Вера Владимировна под стрекот машинки или лязганье спиц могла часами рассказывать стихи и петь песни… Некоторые наши коллеги удивлялись: откуда у Александра Васильевича такая феноменальная память? От матушки, видно, он и характер ее взял. 

…В 1991 году, во время перестройки, когда менялась жизнь и власть в стране, судьба свела меня с Александром Васильевичем Ипатовым. Он узнал от Веры Владимировны, что я неплохая машинистка, и предложил работу в городской газете. Тогда газета «Северный рабочий», одной из первых в стране, переходила на компьютерную, цифровую печать. И я, не раздумывая, согласилась. А уже через два года мы с Александром Васильевичем перешли в издательство «Северная неделя», к Вячеславу Васильевичу Белоусову.

И тут работа закипела. Он верстал, улучшал модели газет, качество рисунков и фотографий. Одним словом, творил. Я «чирикала» на клавиатуре, писала эссе. Каждое утро заходила к нему в кабинет за очередной порцией анекдотов. Честно говоря, его тонкий юмор до меня иногда не сразу доходил. А иногда анекдотичные случаи происходили в нашей жизни. Как-то я опоздала на работу и впопыхах ляпнула: «Извините, проспала, вчера около двух легла…»  «Возле одного надо ложиться, Зиночка», - пошутил Александр Васильевич. 

А если серьезно, то за двадцать семь с половиной лет совместной работы Александр  Васильевич никогда не повысил голос, не произнес ни одного бранного слова, он только удивлял своими творческими идеями, презентациями новых книг и рукотворным ремеслом. Например, и в квартире, и на даче он по-современному обустроил кухни, выточив каждый шкафчик своими руками.

Так и жили: работали дружно, отмечали юбилеи, растили детей, радовались рождению внуков и внучек. На мои дни рождения Александр Васильевич писал поздравительные строфы. Вот одно из них:

«Самые длинные ночи, самые светлые дни с Зиной повязаны прочно, дай Бог, продлятся они…» (день рождения у меня в июне). Он поддерживал в трудную минуту, оберегал, сострадал: я за небольшой период времени потеряла сестру, родителей, брата и мужа… На работе в холодное время года рано утречком Александр Васильевич включал обогреватель в нашем кабинете, чтоб мы не мерзли. У кого еще есть такой начальник? Как вас, Александр Васильевич, не хватает…

В конце сентября 2018 года Александр Васильевич, полный сил и идей, решил заняться «бизнесом». С коллегой по дизайн-цеху на своей машине поехал в Холмогоры, за 126 километров от Северодвинска, и купил несколько мешков свежего отменного картофеля, чтобы продать. Потратил немалые деньги еще и на бензин, а по возвращении просто раздал картошку родным, близким и коллегам. И мне мешок рассыпчатой достался. 
А через месяц Александра Васильевича не стало…

Зинаида Волкова, г. Северодвинск
Наш канал в Яндекс.Дзен. Подписывайтесь!



Обращаем ваше внимание, что в комментариях запрещены грубости и оскорбления. Комментатор несёт полную самостоятельную ответственность за содержание своего комментария.