Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
Новости Северодвинска и Архангельской области

«Игагоница поспела, ерохвоститься пора"*

28.07.2017
Изменить размер шрифта
Недавно обнаружила у Даля странную загадку, она вынесена в заголовок. Оказывается отгадка-то совсем простая. Это баня! В связи с этим нахлынули воспоминания детства...

До сих пор не понимаю радостного предвкушения моих приятельниц перед походом в баню. Я им в это заведение не попутчица. Прививка от любви к общественным баням получена в моём молотовском детстве. Пока были малы и помещались в оцинкованую ванну, мама мыла нас на кухне, натопив как следует плиту, чтоб было тепло. Мы подросли, да и жили с соседями, стали нас водить в баню, что на Лесной, 25. В деревянных домах в нашем детстве не было ванн, поэтому семьями ходили в баню, там всегда была длинная очередь, аж с первого этажа.

Мама старалась нас в очереди развлекать: читала книги, загадывала загадки. И потихоньку учила правильному поведению. Однажды спросила: «Как бы мы ответили на вопрос, за кем стоим в очереди?» «За тётей в очках», - сказали мы. Мама поправила: «За женщиной в синем пальто. Можно направить всю руку в её сторону или указать головой». И объяснила, что не следует называть то, что говорит о болезни человека, например о плохом зрении. Словом, мама развлекала и учила нас одновременно. Сама она называла женщин «дамами», чаще «дамочками». 

* загадка Архангельской губернии из словаря Владимира Даля

Наконец подходила и наша очередь. В гардеробе забавным ключом в виде маленькой кочерги работница открывала и закрывала шкафчики с одеждой, и мы переходили в общий зал бани. Там всегда стоял гул голосов, висел какой-то туман, шипела вода, которую наливали в тазы из больших кранов у стен. Пол был мокрый и скользкий, по каменным скамейкам катилась серая мыльная вода, кругом была масса незнакомых голых людей. Я с плохим зрением боялась отстать, потеряться или упасть. Иногда приходилось ждать, пока освободится таз. Мама брала его, обдавала кипятком. 
В чистый наливала воду и обливала ею скамейку. Потом носила и носила воду, чтобы вымыть наши длинные, ниже пояса, кудрявые волосы. Расплетённые наши косы пушились, закрывая всё тело, их обязательно кто-то трогал, дёргал, удивляясь толщине. Видимо, с тех пор я не люблю прикосновений к своей голове, хотя давно уж нет тех кос.
В дальней стене периодически открывалась дверь, оттуда вырывался пар и выходили женщины почти красного цвета. Мама сказала, что там они парятся. Один раз я сходила и заглянула в ту дверь – дальше порога не зашла, вдохнув чересчур горячего воздуха. Влажную духоту городской бани мы с сестрой переносили плохо, поэтому мама быстро мыла нас и отправляла в раздевалку в прохладу. Потом спешно мылась сама, чтобы скорее одеть нас, не застудить. Получалось, что свой черёд мыться мы ждали гораздо дольше, чем мылись.
Однажды мама надумала помыть нас в ванном отделении. Раздевшись в предбаннике, зашли и сморщили нос от неприятного запаха. Мама вымыла ванну, набрала воду, мы вдвоём с сестрой забрались в неё, но туалетный запах не давал нам дышать. Мама пригласила кого-то из персонала, вдвоём глубоко под ванной они обнаружили газету с испражнениями... На том наша помывка закончилась. Больше там мы не были никогда...
Но было в бане и интересное место – парикмахерская. Там вкусно пахло одеколоном, и я любила смотреть на работу мастера. Особенно интересно было наблюдать за бритьём. Мастер кисточкой «белил» лицо, потом острой бритвой водил по щеке, которую заранее просили клиента надуть. Иногда мастер зачем-то водил бритвой по длинному коричневому ремню. Интересно необыкновенно! Почему-то запомнился только мужской зал. Может, папа сидел в кресле? 
Ещё мы любили заходить в банный буфет. Там из больших стеклянных перевёрнутых конусов нам наливали вкуснейший сок. ...
А ещё мне почему-то по сей день помнятся странные огромные сосульки грязно-желтого цвета. Почему такие – непонятно. Ведь на окружающих баню домах были нормальные сосульки. Может быть, эти противные сосулины тоже сыграли свою роль в моём неприятии общественных бань того времени.
...От бани до дома было четыре квартала. Чтобы высушить наши длинные волосы (фенов-то не было), приходилось ждать долго. Поэтому нас тепло одевали, укутывали пуховым платком поверх шапки и пальто, усаживали обеих в одни санки и почти бегом – домой! Там душа наша отдыхала. Мы садились за большой круглый стол под оранжевый абажур и пили чай с пряниками и халвой. 
Вскоре мы переехали в новый дом, в отдельную квартиру, где была ванна с колонкой. Вместе с родителями мы пилили привезённые на машине дрова, потом папа колол их на поленья, позволяя иногда и мне рубить небольшие полешки, затем все вместе носили и укладывали дрова в подвале. Суббота была банным днём, от колонки в ванной было очень тепло, можно было плескаться сколько хочешь. Помню, я любила нырнуть под воду, затаив дыхание, а мама считала, сколько времени там пробуду, называя мне потом завышенный счёт. Спустя годы точно так же делала и я, купая своих детей.

Татьяна Чурина


         
     
 

Система Orphus




Возрастное ограничение








 
Следите за обновлениями!
Северная неделя ВКонтакте Северная неделя в Фейсбуке Северная неделя в Твиттере
Северная неделя на YouTube


Правозащита
Совет депутатов Северодвинска

Администрация  Северодвинска



Красноярский рабочий